Готовила сегодня небольшое просветительское выступление для местной публики, про общение, и в очередной раз переформулировала свою любимую цитату Шрека)): что огры, как лук – многослойные.
Что сначала мы младенчики, которых надо безусловно любить, кормить и ничего не ждать от них.
Потом дети постарше, которым надо все и сразу, не умеющие еще замечать мир вокруг, но зато очень спонтанные и жизнелюбивые.
Потом подростки, которым надо конкурировать, проверять границы, учиться понимать себя и того парня.
Потом молодые люди, примеривающиеся своими размерами к миру, а потом и взрослые, что-то свое созидающие.
И когда оно вот так, одно за другим нарастает, то каждый новый слой содержит в себе слой предыдущий и получается расти вширь и наружу.
А если на каком-либо слое был дефицит, травма, повреждение – человек, там застрявший, остается в «возрастном» лимбо: продолжает и продолжает воспроизводить нерешенную задачу возраста: требовать безусловной любви, хватать, что ни попадя под влиянием аффекта, бунтовать, проверять мир на прочность и все такое.
Разве что у детей эти вещи довольно прямо выражаются, а взрослые научаются прятать от себя и других все эти нерешенные задачи: вести себя противоположным образом, в других видеть себя, делать все что угодно, лишь бы не смотреть в эти нужды и дефициты… все такое вкусное, в общем.
И люди, общаясь, встречаясь, пересекаются кроме внешней приличной взрослой оболочки и вот этой разновозрастной и разношерстной компанией.
И хорошо, когда младенцы находят мам, школьники – компанию для игр, подростки - друзей, а взрослые - все вместе приправленное сексом.
Но бывает, что у общающихся людей, основные внутренние персонажи очень фиксированы в разных возрастах и потребностях, и тогда подростку приходится заботится о младенце, малышу иметь дело с занятым взрослым, а взрослому унимать детские тревоги и слезы.
Ну такое. Утомляет, обязывает, обидно или неинтересно.
Увидев в себе такую историю люди обычно хотят весь этот внутренний детский сад куда-нибудь сослать и уничтожить, оставив себе только прекрасного, идеального взрослого - цельного, независимого и всемогущего.
Хотя выход в том, чтобы всем этим внутренним персонажам создать хороший дом, где вся компания сможет жить и заниматься своими делами: младенцы успокаиваться и пребывать в неге, младшие дети - исследовать мир и играть, дети постарше - осваивать взрослую деятельность etc.
Вот такая вот луковица.
Что сначала мы младенчики, которых надо безусловно любить, кормить и ничего не ждать от них.
Потом дети постарше, которым надо все и сразу, не умеющие еще замечать мир вокруг, но зато очень спонтанные и жизнелюбивые.
Потом подростки, которым надо конкурировать, проверять границы, учиться понимать себя и того парня.
Потом молодые люди, примеривающиеся своими размерами к миру, а потом и взрослые, что-то свое созидающие.
И когда оно вот так, одно за другим нарастает, то каждый новый слой содержит в себе слой предыдущий и получается расти вширь и наружу.
А если на каком-либо слое был дефицит, травма, повреждение – человек, там застрявший, остается в «возрастном» лимбо: продолжает и продолжает воспроизводить нерешенную задачу возраста: требовать безусловной любви, хватать, что ни попадя под влиянием аффекта, бунтовать, проверять мир на прочность и все такое.
Разве что у детей эти вещи довольно прямо выражаются, а взрослые научаются прятать от себя и других все эти нерешенные задачи: вести себя противоположным образом, в других видеть себя, делать все что угодно, лишь бы не смотреть в эти нужды и дефициты… все такое вкусное, в общем.
И люди, общаясь, встречаясь, пересекаются кроме внешней приличной взрослой оболочки и вот этой разновозрастной и разношерстной компанией.
И хорошо, когда младенцы находят мам, школьники – компанию для игр, подростки - друзей, а взрослые - все вместе приправленное сексом.
Но бывает, что у общающихся людей, основные внутренние персонажи очень фиксированы в разных возрастах и потребностях, и тогда подростку приходится заботится о младенце, малышу иметь дело с занятым взрослым, а взрослому унимать детские тревоги и слезы.
Ну такое. Утомляет, обязывает, обидно или неинтересно.
Увидев в себе такую историю люди обычно хотят весь этот внутренний детский сад куда-нибудь сослать и уничтожить, оставив себе только прекрасного, идеального взрослого - цельного, независимого и всемогущего.
Хотя выход в том, чтобы всем этим внутренним персонажам создать хороший дом, где вся компания сможет жить и заниматься своими делами: младенцы успокаиваться и пребывать в неге, младшие дети - исследовать мир и играть, дети постарше - осваивать взрослую деятельность etc.
Вот такая вот луковица.
